тел. городской +38 044 223 20 94   email:chevguz@gmail.com
моб. +38 050 331 85 95, +38 067 404 11 85 сайт:chevguz.com

Ровно 38 лет тому назад погиб актёр, кинорежиссёр и сценарист Леонид Быков. Как это было? Воспоминания адвоката Виктора Чевгуза

Главная > Блог > Ровно 38 лет тому назад погиб актёр, кинорежиссёр и сценарист Леонид Быков. Как это было? Воспоминания адвоката Виктора Чевгуза
Ровно 38 лет тому назад погиб актёр, кинорежиссёр и сценарист Леонид Быков. Как это было? Воспоминания адвоката Виктора Чевгуза 13.04.2017

 

 

 

В этом году ему исполнилось бы 89...

 

 

 

Леонид Быков. «Аты-баты, шли солдаты...». 1976 год

 

 

Леонид Быков – актёр, кинорежиссёр и сценарист, народный артист УССР. Звезда фильмов «В бой идут одни «старики», «Аты-баты, шли солдаты», «Максим Перепелица».

Любимец миллионов погиб 11 апреля 1979 года в автомобильной катастрофе под Киевом, но его фильмы продолжают радовать кинозрителей.

Леонид Быков известен благодаря картинам "Максим Перепелица", "Укротительница тигров", "Дорогой мой человек", "Добровольцы", "Алешкина любовь", "На семи ветрах", "В бой идут одни "старики" и "Аты-баты, шли солдаты...". Об этом сообщил Joinfo.ua.

Сценарий к фильму он написал в конце 60-х годов вместе с Евгением Оноприенко и Александром Сацким. На киностудии считали фильм "негероическим".

Но в 1972 году Быков все же начал снимать фильм "В бой идут одни "старики"", который до сих пор считают одной из лучших картин о Великой Отечественной войне.

В картине Леонид играет главную роль — комэска Титаренко по прозвищу "Маэстро".

В 1977 году режиссер снял еще один фильм о войне — "Аты-баты, шли солдаты...". В этом фильме Быков сыграл ефрейтора Святкина.

После в 1978 году Леонид начал съемки фильма "Пришелец", но трагически погиб 11 апреля 1979 года в автомобильной катастрофе под Киевом, так и не завершив съемки.

 

Как это было?

 

Я в то время, после окончания Следственного факультета, работал следователем в Киевской области. Расследовал хищение бензина на автозаправках Киево-Святошинского и Васильковского районов. Вдруг поступил неожиданный звонок от начальника следственного управления срочно выехать в Вышгород и принять к производству дело о ДТП. Тогда впервые и услышал о гибели Леонида Быкова. Опыт расследования дел о ДТП уже был, не одно дело закончил в Фастовском и Киево-Святошинском районах. Расследовал год тому назад дело о гибели известного украинского писателя Натана Рыбака, где водитель последнего был осужден к длительному сроку лишения свободы. Не хотелось ехать, так как по хозяйственному делу проводил аресты расхитителей, другие неотложные следственные и процессуальные действия.

В Вышгороде, приняв дело к своему производству, поехал на место ДТП, чтобы самому иметь представление о случившемся. Так делать рекомендует криминалистика и методика расследования преступлений.

 

 

Фото с места ДТП  11 апреля 1979 года

 

            Это трагическое событие произошло 11 апреля 1979 года в 16 час. 30 мин.  Леонид Федорович ехал на своем автомобиле «ГАЗ-24» в Киев, со стороны пгт. Иванков. Не доезжая нескольких сот метров до поселка Дымер Вышгородского района, на отметке 47-го километра трассы, его «Волга» догнала впереди двигавшийся, в том же что и он направлении, колесный трактор «Беларусь» с прицепом, пошла на его обгон и на встречной полосе столкнулась со встречным грузовиком ГАЗ-53.

На то злочастное место мне приходилось возвращаться в ходе расследования много раз. Проводил следственные эксперименты с водителем грузовика, очевидцами ДТП и с другими свидетелями. Естественно, с каждым в отдельности, с участием различных экспертов и специалистов. Назначил и контролировал проведение судебно-медицинских, автотехнических, трассологических и комплексных экспертиз.

            Быков возвращался с дачи, очень спешил, времени у него было в обрез. Через неделю его киногруппе предстоял выезд на натурные съемки его же фильма «Пришелец». Экспедиция в Крым могла затянуться, а кто без него внесет взносы в садовый коператив, приведет в порядок садовый участок и домик после зимы? К тому же, к трем-четырем часам Быков обещал жене вернуться домой, потому и торопился. Не любил нервировать домашних. Да и водителем считал себя опытным, к тому же автомобиль был почти новый и его ни разу не подводил.

Как назло, на подъезде к Дымеру, дорогу «оккупировал» трактор с прицепом, двигавшийся впереди него в попутном направлении. Не сбавляя скорости, а она для «Волги» самая крейсерская, в пределах 90 км/час, Быков пошел на обгон. Метров за десять до трактора, вывернул на встречную полосу и вдруг увидел, что навстречу двигался грузовик ГАЗ-53, груженый стекловатой. Ни Быков, ни водитель грузовика столкновение уже не смогли предотвратить…

Я консультировался потом с экспертами-автотехниками, автогонщиками-профессионалами с киевского автодрома «Чайка». Да и сам я водитель со стажем. С грустью приходится констатировать, что у Леонида Федоровича было несколько вариантов спасения своей жизни в этой ситуации, но он ими не воспользовался. Правда, и времени для размышления себе он не оставил, до рокового удара – менее пятидесяти метров, а автомобили мчались навстречу друг другу с суммарной скоростью около 150 км/час. Если бы Быков довел до конца начатый обгон, чуть «придавил» бы еще газу, то успел бы обойти трактор и вернуться на свою полосу. Многочисленные расчеты экспертов-автотехников, экспертное моделирование данной ситуации это предположение подтверждали.

Была у Быкова и вторая возможность уйти от лобового столкновения с грузовиком. Стоило ему только повернуть руль резко  вправо и «ударить» по тормозам, он бы снова оказался на своей полосе. Трактор двигался со скоростью около 20 км/час, в том же направлении, что и «Волга». Столкновение двух транспортных средств, двигающихся в одном направлении, куда менее безопасно столкновения встречных сил. В худшем случае, повредил бы решетку и радиатор машины об прицеп. Пусть даже «сорвал» бы с крепежных подушек двигатель, но сам остался бы невредим. Тем более, будучи дисциплинированным водителем, он не забыл пристегнуться ремнями безопасности. Быков не позволял себе легкомыслия и ухарства за рулем.

            Наконец, «Волга» могла продолжать движение под углом к дороге, без торможения пересечь оставшиеся четыре метра ширины  встречной полосы и выскочить на обочину. За обочиной же – небольшой перепад высот, не более полуметра, и ровное, покрытое осенней травой поле.

            Почему Быкова настиг, как говорят профессионалы, «синдром неопытного водителя», для меня до сегодняшнего дня так и остается загадкой. Увидев встречный грузовик, он резко нажал на тормоза, не изменяя направления движения, и не отпускал педаль тормоза до самого столкновения. Его автомобиль «юзом» несло навстречу гибели целых 22 метра. «Газон» врезался бампером в правую дверцу легковой машины, как бы взял ее на «клыки», и уже в обратном направлении протащил 18 метров, выковыривая по пути на обочине глубокие ямы передними колесами «Волги».

Умер Быков мгновенно. Печень, легкие, другие внутренние органы – все имели механические повреждения. Ребра в том месте, где уперлись в ремень безопасности, оказались переломаны, как по линеечке. Лишь одно сердце не пришлось собирать по кусочкам. Оно осталось целым, не поврежденным, как бы продолжало еще жить за весь организм человека.

И потому разговоры об инфаркте, как причине трагедии – несостоятельны. Гистологическая экспертиза доказала, что никакого инфаркта и сердечного спазма не было в момент аварии. Иначе не смог бы водитель жать на педаль тормоза до самого момента столкновения. Наоборот, нога самопроизвольно ослабла бы, машина проскочила бы на поле без всякого торможения.

Точно так же отметаю все разговоры о том, что Быков сел за руль в нетрезвом состоянии. Вранье это, хотя сейчас и понимаю, самое безобидное. Уголовное дело ведь в архиве ГУВД Киевской области находится, сомневающиеся могут поднять его и убедиться: эксперты не обнаружили в организме покойного никаких следов алкоголя.

            Думаю, начало различным слухам положили похороны Быкова. Гроб с телом друзья несли на плечах от дома погибшего на Русановке, через мост имени Патона до Байкового кладбища. Тысячи киевлян и приезжих из многих городов бывшего Союза провожали его в последний путь. В те годы несанкционированные шествия были под подозрением. Тем более, демонстрация всенародной любви к Артисту. В чем-то сопоставимая с похоронами Владимира Высоцкого, что потрясли Москву через год с небольшим. У могилы Быкова – ни духовых оркестров, ни речей, ни узаконенных почестей. Провожавшие пели «Смуглянку»…

            В уголовном деле интересы погибшего, по просьбе его жены, представляла дочь артиста - Марианна Быкова, тогда студентка театрального института. Она мне и рассказала, что по дороге на дачу и с дачи, которая находилась под Чернобылем, они всегда проезжали через поселок Дымер, облюбованный военными-отставниками. Как-то пришлось долго пережидать траурную процессию. Гроб на лафете, духовой оркестр, караул с автоматами. Все это было торжественно, но в то же время и как-то искусственно. Отец с места водителя, то есть командира экипажа, - он как бы продолжал жить игрой, начатой в фильме «В бой идут одни старики!», - говорит дочери: «Штурман, вот когда я умру, скажи всем, чтобы такого спектакля из моих похоронах не устраивали. Отнесите меня на кладбище на руках, спойте «Смугляночку» и на этом баста…».

            Для людей моего поколения эта романтическая лента Быкова о летчиках, нарочито снятая на черно-белой ленте, вобрала в себя документальные кадры военных лет и прежние художественные фильмы о войне. Получилась добрая картина, может быть, самая добрая о войне и о людях на войне. Киношники подхватили брошенную режиссером вскользь «покадровую разбивку похорон». Тогда пошла по рядам и история о вроде бы еще одном завещании Быкова, письменном.

            За два-три года до трагедии режиссер лежал с сердечным приступом в больнице и откуда написал высокопоставленному другу-сокурснику письмо о бюрократических «рогатках», что душат любую живую идею на его родной киностудии имени Довженко. Киевская марка стала свидетельством низкого качества фильмов, грубой и неприкрытой лакировки действительности. Борьба с этими рогатками и запретами оставляла болезненные зарубки на сердце режиссера. В этом письме он писал: «Вот когда мы умрем, тогда вы, бюрократы, может быть поймете…». Знали ли бы други и недруги, сколько спекуляций впоследствии породит этот естественный для великого художника крик души! Как будто бывали на земле времена, когда произведения творца понимали и принимали сразу, безоговорочно. Я держал в руках этот документ, отдавал его на графологическую экспертизу специалистам из института судебных экспертиз, разговаривал потом с этими экспертами. Действительно, письмо писал сам Быков, оно было написано не в совсем спокойной обстановке и отражает его душевное состояние на тот период. Ибо, как заметил земляк Леонида Быкова, «нет такого таланта у нас на Родине, по которому не прошлись бы серпом и молотом».

Но какой-либо причинной связи между эмоциональным тоном разговора режиссера с другом и трагическим апрельским происшествием, спустя годы обнаружить не удалось.

Своей смерти Быков не искал, она ему не нужна была. Не смотря на все перипетии тогдашней жизни, он жил богатой творческой жизнью. Тут вступает в свои права простая логика. Стоило ли ему для осуществления такого замысла мотаться за сотню километров от Киева, проплачивать взносы за дачный участок, просить соседей посмотреть за домиком?  А моральная ответственность перед коллективом киногруппы, снявшей часть фильма «Пришелец»? Утверждена смета, получены деньги, подобраны и съезжаются со всей страны актеры. А семья, где он единственный кормилец? И последнее, но для Быкова не менее важное. Люди, знавшие Леонида Федоровича, не могут и предположить, что он взвалил бы на незнакомого человека, водителя того встречного грузовика, клеймо убийцы, пусть и невольного.

            После похорон актера я говорил почти со всеми участниками съемок фильма «Пришелец», смотрел кинопробы, показали мне и пробный ролик. Внешне, по сценарию,- научная фантастика. Простой тракторист, роль которого играл сам режиссер, попадает на другую планету, в него влюбляется инопланетянка, а он все равно мечтает вернуться на землю, к жене. Впрочем, пересказывать содержание фильмов Быкова так же глупо, как пытаться передать своими словами чьи-то стихи. Что поразило меня – взрослые люди, которых в группе было очень много, и такие растерянные, бесприютные. Будто дети, враз оставшиеся без отца и матери. Навзрыд плакала молодая очень красивая актриса из Эстонии, утвержденная на роль инопланетянки. Откровенно не прятал слез композитор из Ленинграда - музыка для этого фильма была его первой самостоятельной работой. Все они, включая водителей и плотников, чьи имена обычно в титры фильмов не попадают, говорили о Мастере с почтением и любовью, которых не добиться никакими приказами и инструкциями. По их словах, выезжая в другую местность на съемки, Быков никогда не уезжал в гостиницу, пока сам лично не удостоверится, что нормально поселен последний водитель.

Я задал тогда, по своей наивности, вопрос второму режиссеру фильма. Если все в сценарии расписано, декорации готовы, роли распределены, почему бы не отснять фильм по готовому и утвержденному проекту – режиссерскому плану? Заменили бы Быкова другим актером, а подобное, я знаю, практикуется, и – вперед! Нет, удивился он, снимать без Быкова такой фильм невозможно. Ведь он сам и автор сценария, и режиссер, и исполнял главную роль, и еще многое другое. Он всегда импровизировал на съемках, чем приводил в ужас соавторов сценария, но, как потом оказывалось, к радости зрителей.

            И еще одна деталь. Может быть мелочь, но при тогдашнем дефиците на автозапчасти, тоже является показателем отношения к Быкову рабочих его киностудии. Искореженную «Волгу» я не стал отправлять до проведения автотехнической экспертизы на штрафплощадку ГАИ, а договорился с руководством киностудии и мы поставили машину в одном из боксов гаража киностудии. В общем-то ее легче было бы разобрать на запчасти, чем ремонтировать. Месяц спустя наведался в бокс – ни один болтик с машины не пропал.

            Как-то несколько лет назад на встречу со мной напросился газетчик К. Загадочно сообщил, что он ведет журналистское расследование убийства Леонида Быкова. Согласившись помочь ему, я поднял уголовное дело из архива, готов был прокомментировать каждый его документ, ответить на все вопросы правдолюбца. Мне представлялось, что профессии следователя и журналиста в чем-то схожи, и тот и другой стремится к установлению объективной истины, оба обязаны уметь слушать других. Ошибся я. Добрые девяносто процентов «эфирного времени» репортер К. говорил сам, так и эдак доказывая, что Быкова «убила советская система». Мое мнение интересовало журналиста только в плане сведений, подтверждающих его версию. «Хорошо, - говорю, - не верите мне, вот вам заключения экспертов-медиков, автотехников, трассологов, ознакомьтесь с их выводами. В них указаны фамилии экспертов, поговорите еще и с ними». Не помогло и это. Тогда я взял копию своего постановления о прекращении дела от 10 июня 1979 года, подписал его и вручил репортеру. При этом шутя пригрозил ему, что если он напишет чушь или что-то плохое о Быкове, то я сам сяду и напишу опровержение. Подействовало. В киевских газетах с разоблачениями «убийц народного артиста Быкова» он, кажется, не выступал. Зато прокрутил ролик по «Останкино», где в подтверждение своей версии демонстрировал подаренную мной копию постановления о прекращении дела, не огласив ее суть.

            Прошли годы. Но опять и опять появляются интервью, статьи, «разоблачающие заговор против Быкова». Снова и снова роль исполнителя «преступных замыслов Системы» отводится безвинному водителю встречного грузовика. Намеренно не называю его фамилию, пусть живет спокойно. «Волга» Быкова с госномером 43-00 КИО и без того будет преследовать его до конца его дней.

            На то время молодой парень, вернулся из армии, женился, «родил» ребенка, работал в «Киевводстрое». В тот злополучный апрельский день он вез на стройку утеплитель. После аварии его, ни в чем не виновного, сразу сняли с машины, перевели слесарем и отправили «в яму» крутить гайки, где он и дожидался, когда «приедет воронок и заберет его в тюрьму». Так почти два месяца он и провел днем «в яме», а ночью без сна. Все экспертизы по делу доказали, что не водитель грузовика, а водитель «Волги», нарушил Правила дорожного движения, выехав на встречную полосу, не убедившись, что она свободна. Водитель же грузового автомобиля хоть и пытался, но, цитирую официальное заключение экспертов, «не имел технической возможности путем применения торможения предотвратить столкновение».

Когда расследование было закончено, звоню в гараж, прошу передать, чтобы означенный водитель явился в Киев в следственный отдел. Здесь, в коридорах следственного отдела на Владимирской, 15 произошел эпизод, как я понимаю, в духе фильмов актера и режиссера Быкова. Если бы ему довелось снимать его, он в сценарии не изменил бы ни кадра, оставил бы все без прикрас, как произошло в жизни. Помню, заходит водитель ко мне в кабинет. Стоит, смотрит в пол. Предлагаю присесть, садится на край стула. Даю постановление о прекращении уголовного дела,  «за отсутствием в его действиях состава преступления». Берет, держит постановление в руках «вверх ногами». Прошу прочесть и расписаться.  Читает одну страницу постановления пять минут, десять. Не выдерживаю, читаю вслух сам, внизу пишу своей рукой: «С постановление ознакомился, ходатайств и заявлений не имею», и прошу поставить подпись. Раписывается. Точно такая же немая картина возникает и при оформлении возврата водительского удостоверения, которое я ему отдал. Говорю: «Вы свободны, можете ехать домой к себе, в Чернобыль». Кивает молча головой, но продолжает сидеть. Пришлось проводить за плечо до двери. Минут через тридцать выхожу в коридор. Водитель сидит возле кабинета, рядом жена. Между ними туго набитый холщовый мешок. Молодая женщина объясняет, что собрала вещи, полотенце, мыло, сухарей насушила. «Зачем?» – вырвалось у меня. – «Как зачем? Вызвали мужа – значит, посадят». Тут уж я не сразу нашелся: «…А разве муж вам ничего не рассказал?». - «Нет, - говорит, - как вышел, так сел и молчит»… Все почти как по фильмам Быкова.

Года два назад мы снова встретились с этим водителем. Журналисты не верили, что он не покончил с собой после той аварии. В те годы такие слухи имели место… Мое письменное уведомление о прекращении против него дела хранит до сих пор. Угостил меня березовым соком… В общем, жизнь продолжается.

 

 

 

На память о Л. Быкове, в 1981 году друзья актера сняли о нем документальный фильм, который назвали очень просто и точно: "...которого любили все".

 

На момент смерти Быкову было всего 50 лет. Похоронен Леонид Фёдорович Быков на Байковом кладбище в Киеве.

 

 

 

 

Написать комментарий
Я не бот